Английская версия

Не рубиться, а рубить.

Курсанина Наталья Леонидовна,
Журнал «Клинок - традиции и современность», №33, 2017 г.

Саблями рубятся, а шашками рубят. Горская мудрость.
Нередко шашку пытаются сравнить с саблей или катаной, но история поставила её на своё уникальное, только ей предназначенное место. Шашка - это отдельный вид холодного оружия, технически и функционально имеющий свои неповторимые качества.
Однолезвийный клинок, слабоизогнутый, практически ровный по всей длине, и только к острию сужающийся, само остриё находится на линии обуха. В большинстве шашки имеют один или два широких дола, иногда возле обуха проходят узкие длинные долики - это значительно облегчает оружие, делая его легким и маневренным: «Шашка должна быть легкой как перо, упругой как лоза, острой как бритва. Кто носит тяжелую шашку, тот не надеется на умение» - так говорит старая кабардинская поговорка. И ей нельзя не верить, так  как именно Кабарда и Черкессия является родиной этого вида оружия.
Название «шашка» происходит от кабардино-черкесского слова «са ’шхо» - «длинный нож» или «большой нож» (у адыгских авторов встречаются варианты этого слова: «сэ-шко, сэ шкуэ»). Первое упомина¬ние о шашке в письменном источнике дати¬руется 1625 годом и приписывается путе-шественнику Джиованни де Лукке, который в «Описании перекопских и ногайских татар, черкесов, мингрелов и грузин Жана де Люка, монаха Доминиканского ордена» указывает, что черкесы «ловко действуют шаш-кой». Однако,  шашка в это время не занимала существенного места в вооружении кавказских горцев, и только с середины XVIII века шашка стала встречаться в исторических описях постоянно наравне с саблей, что указывает на то, что она воспринималась не как еще один тип сабли, а как самостоятельное холодное оружие, которое могли носить как вместе с саблей, так и обособлено.
В XVIII веке создается Терское казачье войско, которое становится плацдармом Российской империи на Северном Кавказе. Правящая верхушка кавказских государств (Кабарды, Грузии, народов Дагестана) обратилась к Российской империи за помощью в борьбе против внешних врагов в лице Османской империи и Персии. С этого исторического момента Россия уверенно выходит на политическую арену Кавказа, Закавказья и Ближнего Востока. В ходе военных кампаний, Русская армия столкнулась с новыми тактическими методами и приёмами боевых действий в горных условиях, в частности в успешном применении племенами горцев такого вида холодного оружия, как шашка, а правильнее говоря, комплекса холодного оружия - кинжал-кама и шашка. Оба названия имеют кабардинские корни.
На вооружение русской армии в конце XVIII века были приняты тяжелые европейские сабли и шпаги с латунными эфесами, характерными для европейских армий. Знаменитая Златоустовская оружейная фабрика еще не существовала, и поэтому лёгкие, изящные, удобные и в тоже время прочные и функциональные шашки очаровали русских офицеров.
Немаловажным отличием стал и невиданный раньше эфес, состоящий только из рукояти, не предусматривающей никаких дужек, щитиков и крестовины для защиты руки. Шашка конструктивно не была предназначена для фехтования, только для рубки! «Черкесская шашка, - писал исследова¬тель XIX века Н. Дубровин, - остра как бритва, страшна в руках наездника и употреблялась им не для защиты, а для нанесения удара, который почти всегда был смертелен».
Рукоять изготавливалась из роговых, костяных или деревянных щечек, прикрепленных с обеих сторон плоского хвостовика. Черенок имеет овальное сечение и одинаковую толщину вверху и внизу. Головка рукояти крупная, чуть вытянута вверх и закруглена в сторону «клюва». Сверху головка разделяется клиновидным вырезом на две половины. Часто рукоять делалась из цельного куска черного рога, и тогда в ней выполнялся паз под хвостовик. Утопленная почти по головку рукоять делала оружие удобным в носке и не мешала при конном, а тем более пешем движении по лесу, горам, кустарникам. К тому же, вопреки мнению о том, что открытая рукоять предполагает быстрое выхватывание, утопленная рукоять увеличивает скорость обнажения, так как исключает необходимость делать обхват.
Быстроте и удобству выхватывания шашки способствовал и способ ношения - портупейные кольца крепились на выпуклой стороне ножен, и шашка подвешивалась лезвием вверх. Носилась шашка на портупее, так чтобы ее можно было вытянуть из ножен одним движением и нанести удар, не меняя положения руки. И еще одно: вынимая шашку вверх и вперед, воин не рисковал зацепиться за какой-нибудь предмет, или еще хуже, поранить стоящего (бегущего) рядом товарища, так как видел, что и кто находится перед ним.
Ножны изготавливались из двух деревянных дощечек, обтянутых сафьяном, на который сверху крепились накладки коричневой, синей или черной кожи. В изготовлении ножен часто участвовали женщины, обшивали их кожей и тканым галуном. Позднее на деревянную основу ножен, обтянутую черной шагреневой кожей, накладывали украшенный гравировкой с чернением серебряный прибор.
Но главное конструктивное достоинство шашки заключалось в почти идеальных весовых пропорциях и смещение центра удара бли¬же к боевому концу клинка. Тем самым оружие как бы удлинялось. Благодаря облегчению эфеса шашка получила эффект «отвеса». Это то ощущение, которое легче всего выразить словами «сама идет». При ударе клинок резко идет вниз и сам же увлекает, ведет руку. Правда, при ударе «ведущим» кликом часть сил при сильном замахе приходилось тратить на преодоление инерции замаха. Однако, не смотря на этот изъян, лёгкая шашка позволяла наносить быстрые, меткие и в то же время мощные удары. Из-за малой изогнутости клинка шашкой можно было с успехом рубить в обе стороны, а конструкция рукояти позволяла легко перекидывать шашку из одной руки в другую. Иными словами, в условиях стремительной конной сшибки или неожиданных действий в горных условиях, шашка в виду своих конструктивных особенностей, порожденных условиями боевого применения этого вида оружия, являлась эффективным и маневренным холодным оружием ближнего боя.
Конструкция эфеса без гарды позволяла утапливать клинок в ножны по самую головку. Такие шашки назывались кавказскими. Те же шашки, рукоять которых не утапливалась, а соединялась с ножнами стык в стык, называли азиатскими. В быту шашки чаще всего назывались «черкесскими», «казачьими», «кавказскими», «азиатскими» в зависимости от территории приобретения и использования. Однако бывали и казусы - в документах XIX века можно найти формулировку «шашка кавказская азиатского образца». Это не от безграмотности, а от того, что четкой научной формулировки в XIX веке не было, поэтому казаки и офицеры именовали шашки достаточно произвольно, иногда даже по названию полков как знаменитая «нижегородка», которая получила своё названия от Нижегородского драгунского полка, на вооружении которого она состояла.
Но не следует думать, что враз появившись, шашка осталась неизменной. Несомненно, что расцвет шашки пришелся на XIX век, когда она из оружия горцев превратилась в излюбленное холодное оружие кубанских, терских, донских казаков и официально была принята на вооружение русской армии, как основное клинковое оружие конницы. На этом сложном пути она не один раз меняла внешний вид, отделку, размеры и даже форму эфеса, неизменным оставалось только одно - она всегда была удобной и верной спутницей воина.
Сразу надо сказать, что форма клинка не была исконно черкесской или дагестанской. Судя по надписям и клеймам на шашках, их клинки были изготовлены в ХVII-ХVIII веках в Западной Европе и Азии и заве-зены на Кавказ. Популярность западноевропейских клинков также объясняется тем, что Кавказ очень нуждался в хорошей стали, а немецкие, итальянские, венгерские и польские клинки были хорошего качества.
Местные мастера, оценив удобство формы и качество металла, стали придавать своим клинкам западноевропейский внешний вид,  копируя с подлинных европейских кликов клейма, надписи, гравированные рисунки и дизайн в целом, зачастую воспроизводя на них арабские изречения из Корана (бейты) и латинские надписи.
Таким образом, на Кавказе во множестве появились копии пассауского «волчка», генуэсской «гурды», венгерского «гусара» и немецкого «золингена».
Западноевропейские легкоизогнутые гусарские сабельные клинки органично вписались в кавказский колорит, а их клейма получили новую трактовку.
«Волчок» - клеймо «волк» или «волчок» использовали мастера немецкого города Пассау. Изображение волка было на епископском жезле епископа Пассау, а потом перешло на герб города и стало корпоративным клеймом кузнецов. Благодаря высокому качеству, изделия кузнецов Пассау высоко котировались во всей Европе и за ее пределами, и вскоре «волчок» стал не только символом места изготовления, но и знаком качества. Мастера города Золингена в ХVI-ХVII веках стали массово копировать «волчка» на своих клинках, равняя их с клинками Пассау по качеству. Однако, на Кавказе «волчок» получил другой смысл: так стали называть саму шашку по ее немецкому названию «volflinge», а чеченские мастера видели в изображении немецкого «волчка» тотемный символ чеченского волка (боре), что вызвало особую популярность таких шашек в Чечне. В XIX веке Золингеновские фабрики изготовляли клинки специально с изображением «волчка», предназначавшиеся для Востока, в частности для Кавказа.
«Гурда» - знак в виде серповидных зубчатых линий и точками по бокам. Клинки с таким клеймом и надписями «GENOA» и «FRINIA» изготавливались сначала мастерами самой Гэнуи, а позже мастерами нижнеавстрийских и штирийских мастерских специально для вывоза в восточные страны, с которыми торговала Гэнуя, в частности Крым и Кавказ. На Кавказе изображение двух полукругов с зубьями и точками получило собственную трактовку и этимологию: его стали ассоциировать с зубьями капкана («гур» - чеч. капкан), формой укуса волка, а слово «гурда» имеет настолько разные трактовки, что выделить, что из них правда, весьма затруднитель¬но даже профессиональным историкам. Наиболее распространенной среди краеведов Чеченской республики является версия о принадлежности шашки «гурда» к чеченскому тайпу Гордалой, где жила большая династия мастеров по изготовлению холодного оружия. Однако и в других районах Дагестана и Северного Кавказа имеются свои объясне¬ния слова «гурда», которыми они объясняют клеймо и название клинка.
На Кавказ клинки попадали не только по морю из Италии и Германии, но и сухопутным путем из Венгрии. Знаменитые венгерские трансильванские кавалерийские клинки имели слабый изгиб, среднюю длину и поразительное звучание прекрасно закаленной стали. Попав на Кавказ, они оказались очень подходящими для шашек - снял неудобную сабельную рукоять, поставил щечки с ушами, и получил замечательную легкую, упругую шашку. Трансильванский узел тоже претерпел изменения - вместо латинских букв магической надписи появились непонятные символы, которые позже вообще убрали, а сам узел упростили, сделав его схематичным и нечетким. И все же, как не искусны были местные мастера, но воспроизвести легендарный звон даже самые качественные кавказские клинки не смогли.
На венгерских клинках встречаются изображения гусара с надписью «VIVAT HUSSAR», скачущего гусара с саблей в руке, и Божией Матери с надписью «Покровительница Венгрии Дева Мария». Однако не все такие клинки стоит считать истинно венгерскими. Немецкие мастера XIX века, в свою очередь, тоже подделывали венгерские клинки, продавая их на Балканы и Кавказ.
Реже, чем венгерские и немецкие, на шашках встречаются польские клинки ХVII-ХVIII века, но они не оказали существенного влияния на производство шашек на Кавказе, хотя некоторые детали декора с польских сабель использовались в дальнейшем кавказским мастерами при отделке ножен.
Клинки немецкого и итальянского происхождения на Кавказе называли «френги», то есть европейские, так же как на мусульманском Востоке назвали всех европейцев «френги». Но в это понятие не входили клинки, имевшие собственные названия «волчок» или «гурда», и которые высоко ценились как на Кавказе, так и в России.
Конечно, говорить о том, что северокавказские мастера только копировали западноевропейские клинки, не будет верно. Кавказ прославился не копиями, а собственными высококачественными изделиями, выкованными мастерами из Тифлиса, Владикавказа, Кубачи, Амузга и Годали. По заслугам оценили шашку казаки и офицеры Российской армии, которые способствовали принятию шашек на вооружение в регулярные войска. Но о них мы поговорим в следующий раз.
Курсанина Наталия Леонидовна. Главный эксперт-искусствовед Коллегии экспертов и оценщиков антиквариата.

 


21.11.2017